Это воспоминания о детстве маленького мальчика. Он жил давно, еще в Советском Союзе. В стране, где не было СЕКСА... С тех пор прошло очень много лет. Теперь эти воспоминания можно опубликовать, ведь большинства участников событий нет на свете. Мы не меняли имена и фамилии участников этой истории.

Запретные темы: я и СЕКС. Документальное повествование

О тайнах жизни я узнал в шесть лет. Очевидно, это был важный момент моей жизни - до сих пор я помню лица мальчишек, рассказавающих мне куда и как засовывается мужская пиписька. Моим собеседникам было лет семь-восемь, поэтому они тоже не до конца понимали, как все это происходит. Они считали, что мужчина писает внутрь женщины и из смеси мочи получается ребенок. Конечно, я с этой информацией отправился к самому близкому человеку - маме. И конечно, получил ответ, что все, услышанное мною - детские фантазии. Маме я верил абсолютно. И до небывалого возраста - одиннадцати лет - с пеной у рта спорил с товарищами, утверждая, что секса нет на свете. Друзья смеялись на до мной и называли дураком. Впоследствии, будучи взрослым, я спросил у мамы, зачем она так поступила со мной. Мама смутилась. Я понял, что вести разговоры о тайнах жизни с шестилетним сыном ей было стыдно.

Вторая моя встреча с СЕКСОМ произошла в лагере "Дружба" на черном море. Мне было семь лет, и меня уже начали занимать вопросы женской анатомии. Путевки в лагерь распределяли на папиной работе и со мной постоянно ездил сын его сослуживца - Лешка Членов. Он был старше меня и, надо сказать, вполне соответствовал своей фамилии. Довольно часто я от него слышал рассказы о тайнах жизни, хотя конечно, не верил им. Я верил маме. Но некоторое действие на меня эти рассказы все-таки оказывали. Помню именно в "Дружбе" я первый раз ухватил девочку за интимное место. Ей было лет пять или шесть. Она сидела на корточках и копалась в песочке. У нее была коротенькая юбочка и беленькие трусики. Я подошел сзади и быстро провел рукой у нее между ног, после чего убежал. Очень гордый собой я рассказал Лешке о своем подвиге. Конечно, ему не понравилось, что подвиг совершил я, а не он. И Лешка Членов заверил меня, что ПИЗДА чуть ниже пупка, поэтому никакого подвига не было. Помниться, я очень огорчился тогда.

Через год я опять встретился с СЕКСОМ. Было это в Армении, в пионерском лагере "Армянский Артек". Мне было восемь лет. Лагерь претендовал на звание международного, поэтому путевки выдавали не только русским детям, но даже иностранцам. Иностранные дети жили отдельно, были намного взрослей меня. Мне в восемь лет они казались дяденьками и тетеньками. Мы выклянчивали у них жвачки и шариковые ручки, которых в мое детство в нашей стране не было. Обладание пластинкой жвачки было счастьем. Правда, я был мальчик стеснительный, просить не умел, поэтому лишь пару раз был угощен кусочком пластиночки - пожевать. Лешка Членов со мной почти не дружил - он был в пятом классе и общаться со второклассником считал ниже своего достоинства. Жили мы почему-то вместе с армянскими детьми, которые нас, русских, презирали. Мы были для них чужаки. Я был единственным восьмилетним мальчиком, всем остальным было лет одиннадцать-двенадцать. Армянским мальчишкам очень нравилось учить меня дурным словам по-армянски. А однажды меня чуть не трахнули попу. Было это после тихого часа. Армянский мальчик предложил:

- Дай я тебя в жопу поебу.

- Ну, поеби, - сказал я.

Не знаю, из страха я согласился или хотел угодить взрослому мальчику. Само предложение я счел полной глупостью, ведь СЕКС в моем понимании был плодом мальчишеских выдумок. Я отлично понимал, что ничего плохого мне мальчик не сделает - ведь никакой ЕБЛИ не существует. Поэтому я спокойно спустил трусики и лег на живот, уверенный в полной своей безопасности. Мальчик лег сверху и попытался вставить свою пипиську в мою попу. Я до сих пор хорошо помню его твердый прямой член, ведь за его действиями я подглядывал через плечо. Я сильно-сильно сжимал ягодицы и все его попытки провалились.

- Расслабь жопу, ну расслабь жопу, - уговаривал он меня.

- Не могу, - твердо отвечал я.

Это меня и спасло. Конечно, такое событие должно было оставить глубокую психологическую травму в неокрепшей детской душе. Только не оставило. Я совершенно не придал значение поступку глупого армянского мальчишки. Ни родителям, ни кому другому об этом эпизоде своей жизни я не рассказывал. Почему-то я понимал, что разговаривать об ЭТОМ со взрослыми нельзя.

В этом же году, в школе, я узнал, что значит дрочить. Я зашел в туалет и увидел двух ребят, один из которых достал из штанов свой член. Другой мальчик сказал "подрочи", и первый несколько раз открыл и закрыл головку.

СЕКС ворвался в мою жизнь неожиданно, будто кулаком дал мне поддых. Было это в десять лет, в подмосковном пионерлагере "Дружба". Я совершенно не понимал, что со мной происходит. Вдруг моя пиписька стала вести себя ненормально, постоянно принимая ветикальное положение. Откуда-то я знал, что это постыдно и старательно скрывал свои эррекции от товарищей. Особенно тяжело приходилось в бане...

Еще меня начало тянуть к девочкам, большего всего во время зарядки, на которую они выходили в купальниках. Мне очень хотелось уидеть их голыми и я недоумевал, зачем они одеваются. Ведь без одежды они так красивы. При этом мои помыслы были чисты - ведь по-прежнему я в СЕКС не верил. И от тайнах жизни ничего не знал. И не понимал, что за огонь разгорается у меня внутри. Конечно, со своим другом Вадиком Мартыновым мы вели разговоры на сексуальные темы. Вадик в СЕКС верил, а я нет. Мы подолгу спорили, но каждый оставался при своем мнении. Однако свои ощущения того времени я хорошо помню, помню свой страх перед чем-то огромным, непонятным, непреодолимым, поднимавшимся у меня внутри...

Еще нас очень интересовала ПИЗДА. Никто из мальчишек ее не видел, не представлял, как она устроена. Любопытство жгло наши души. Я помню, как мы пытались подглядывать за девочками в бане. И несколько пацанов заявили, что видели ПИЗДУ нашей вожатой Светы. Что она очень интересная, волосатая и пятнистая. Я предсталял ее ПИЗДУ похожей на шкуру леопарда.

В этой же смене я играл в первую в своей жизни эротическую игру. Вроде салочек, мальчики против девочек. Только для осаливания надо было схватить противника за одно место. Через одежду, конечно. Надо сказать, что никакого эротического удовольствия я от этой игры не получал. Думаю, что остальные ее участники тоже. Однако мы старательно хватали друг дружку между ног, это было очень щекотно. Мы понимали, что делаем нечто запретное и нехорошее, о чем взрослым знать нельзя. Все надо было делать быстро и ловко, ведь мы вовсе не жаждали быть осаленными. Поэтому одна девочка, пытаясь меня осалить, нечаянно запустила руку мне в шортики. И дотронулась до моей голой пиписьки. Она очень смутилась и начала бурно извиняться. Я тоже удивился, не понимая, а что такого страшного произошло. Вот если бы она увидела меня без трусов, это было позорно. А так никакого стыда я не почувствовал.

Через месяц я влюбился. В девочку из своего отряда. Конечно, она об этом не узнала. За всю смену мы обменялись с этой девочкой парой фраз. Я уже понимал, что это любовь. Тянуло меня к ней и в сексуальном плане, тянуло сильно, но я еще не понимал, что со мной происходит. Однако во время зарядки постоянно украдкой смотрел ей между ног. В эту же смену я видел голых взрослых девушек. С моим друго Мишей Крысовом мы подглядывали за ними в бане. Инициатором этого подглядывания был Мишка. Он сказал, что смотреть на ровесниц неинтересно. Вот у больших девочек все развито, и грудь и волосы. Но на меня старшие девочки совершенно не произвели впечатления. Мне тогда нравились лишь ровесницы.

В одиннадцать лет у меня было два приятеля - Кныра и Ряба. Конечно, они были сексуально озабочены. Мы часто спорили о том, есть ли СЕКС на свете. Вот подрастешь, узнаешь, что он есть, говорили приятели. Вот подрастете и посмотрите, что СЕКСА нет, говорил я. Мы даже заключали пари.

А потом я узнал, что СЕКС есть. Было это так.

Мама с детства читала мне вслух. Я ужасно любил книжки, но сам не хотел читать до третьего класса. Потом я стал читать и сам, но по-прежнему мы читали и с мамой. Надо сказать, что в других отношениях я был мальчик умный. Поэтому в пятом калассе мама мне читала совсем не детские книги. Такие, как "Три таварища" Ремарка и "Над пропастью во ржи" Сэлинджера. При этом мама старательно пропускала те места, которые касались СЕКСА. Однажды я решил перечитать Сэлинджера самостоятельно, наткнулся на пропущенные места и... узнал о том, что мама обманула меня! СЕКС есть, мои товарищи правы, а я был дураком. Вот это действительно нанесло ту самую травму моей душе. И переживал я очень сильно. Помнится, я пригласил домой одноклассника и зачитывал пропущенные мамой места. Мне надо было с кем-то поделиться ношей, упавшей на мои слабые плечи. Так началась моя жизнь в мире, где есть СЕКС.

Лицом к лицу с СЕКСОМ я столкнулся через два месяца. Кныра был у меня в гостях и мы боролись на диване. Во время возни он вдруг схватил через треники кончик моего члена и три раза сжал пальцами. Легкое движение Кныриных пальцев перевернуло мою жизнь...

Это были сладостные ощущения, в жизни я еще никогда ничего подобного не испытывал. Конечно, у меня случилась эррекция. Мой половой член был довольно крупный, на лобке пробивались первые волосы. Кныра обратил внимание на рубильник, рельефно проступивший через тонкие треники. Вовка Кнырков был испрченный мальчик, самый просвещенный в половых темах среди нас. Кроме того, он отставал от меня и Рябы в физическом развитии. При этом ему хотелось всегда быть первым, быть лидером. Да он и лидировал в нашей компании, постоянно унижая меня и Рябу. Сознание превосходства давала ему и сексуальная просвещенность. Мой вставший член заинтересовал его.

- У тебя уже есть малафья? - спросил он.

Я не знал, что такое малафья. О чем и признался Кныре.

- Ну она такая белая, как сопли...

Никакой малафьи я у себя не наблюдал. О чем и сказал Кныре.

- Подрочи, - сказал Кныра.

- Зачем? - удивился я.

- Когда дрочат, она течет.

Но я не захотел дрочить, просто не понял, зачем это нужно. И познания онанизма для меня было отложено на полгода. Но с тех пор я мечтал вновь пережить те ощущения, которые подарили мне Кнырины пальцы.

Через две недели мы втроем стояли в моей квартире со спущенными штанами. Идея помериться ХУЯМИ, естественно, принадлежала Кныре. Мой оказался самым развитым, у меня было раннее половое созревание. У Кныры был маленький, он был еще совсем ребенок. Потом я сел на диван, а Ряба с Кнырой, схватив мой член и подрочили его. Они держали его вдвоем, да и сделали всего несколько движений. Снова на секунду я испытал невероятно сладостные ощущения. Потом Кныра пошел мыть руки, он был очень брезглив. Ряба же остался со мной. И в этот момент я почувствовал, что сейчас описаюсь. Я пытался сдержаться, но организм не слушался меня. Я был в панике, не понимая что происходит. ОБОССАТЬСЯ в присутствии Рябы было особенно постыдно. Но тут мой член задергался и выбросил несколько капель полупрозрачной жидкости.

- Что это? - спросил Ряба

- Ссаки, - ответил я, думая, что описался.

Так испытал я свой первый оргазм...

Если хотите, чтобы мы опубликовали продолжение, напишите об этом на форуме